Среда, 20.09.2017, 14:15
Борис Благовещенский 
официальный    сайт   писателя
 
Главная » Публицистика » Литература и жизнь

ИСТОРИЯ УЧИТ, ЧТО НИЧЕМУ НИКОГО ОНА НЕ УЧИТ

«…Мне никогда не понять смысла этой войны, несмотря на то, что я видел ее в зародыше. С содроганием смотрел на голые трупы прекрасной женщины, шестнадцатилетнего юноши, на мчащихся в товарных вагонах перепуганных людей. Сердце разрывается... Они для меня все одинаковые — левобережцы, правобережцы. Как мы преуспели в искусстве делать друг из друга врагов! В этой войне может быть лишь один смысл: она наказание нам всем за зло, которое мы посеяли на своей земле...»

Эта земля уже принадлежит войне. «Независимая Молдова», Кишинев, 14 июля 1992 года.

В эти дни исполняется 24 года с момента окончания гражданской войны, именуемой вооруженным конфликтом в Приднестровском регионе Республики Молдова,     написания этой статьи и публикации ее в газете «Независимая Молдова». Несмотря на  время в памяти сохранились многие подробности тех дней. Во-первых, гнетущая атмосфера и напряженность  витавшая в воздухе и между людьми. Я работал тогда на заводе «Сигнал», и писал в газеты “без отрыва от производства» больше десяти лет. К тому времени меня знали в различных кишиневских  газетах. Помнится, я  принес статью в газету «Независимая Молдова». Писал я ее, как и все другие свои заметки, под впечатлением происходящих событий, с надеждой, но без всякой уверенности, что кто-то ее опубликует. Статья называлась «Коллективное безумие» и  подписал я ее псевдонимом Борис Благовещенский. К тому времени это имя было известно в кишиневских газетах. Как и многие другие мои заметки в «Независимой Молдове», этот материал готовил к публикации Петр Делибалтов, с которым я познакомился в конце 1989 года, принеся в газету свою статью «Одна Земля под нами».

Прочтя материал, он спросил, под каким именем я желаю ее опубликовать – под настоящим или под псевдонимом. Услышав подтверждение, что я намерен публиковать статью под псевдонимом, он не стал меня разубеждать в этом, хотя раньше это случалось. Через некоторое время он позвонил мне и попросил принести свое фото для публикации. Я был озадачен. Публиковать свой материал под псевдонимом, но с собственной фотографией, это была несколько абсурдная для меня ситуация. Раскрывать свой псевдоним в то время я вовсе не собирался. (Я часто использовал свой псевдоним, чтобы быть независимым от окружения. Это только непосвященным в этот процесс людям кажется, что быть одновременно инженером и журналистом или писателем, это хорошо, здорово и т. д. На самом деле, люди, особенно из твоего окружения, по разному относятся к тому, что ты писатель. Здесь присутствует все: и восхищение, и зависть, и  уважение и неуважение. Пишущему человеку, не профессионалу гораздо легче наблюдать за людьми со стороны. Многие писатели использовали псевдоним для того, чтобы быть независимым в своем творчестве. Если кто-то захочет упрекнуть меня в том, что я когда-либо подписывался псевдонимом из-за страха перед кем-то или перед чем-то, то зря. Всё было наоборот. У меня было правило: все ответственные, острые статьи, где надо отвечать за каждое свое слово, подписывать настоящим именем.  Я следовал этому правилу, даже тогда, когда меня травило начальство по работе за публикацию в «Труде» (материал «Кризис экономики или духа?») и тогда, когда один из моих коллег, активист Народного фронта Костя Мардарь пригрозил разобраться со мной, если я еще буду писать «такие статьи», ( «А как же демократия?», «Советская Молдова», 29 апреля 1990 года. В 90-е годы, когда заводы в Молдове разваливали  и губили на корню, мне не раз отказывали в приеме на работу после того, как узнавали, что это я автор известных публикаций в газетах.)   

Поразмыслив, я согласился, что иначе быть не может. Я хорошо представлял себе положение редакции газеты. Статья резонансная, и, безусловно, она попадет в уши или на глаза первому лицу страны. Либо я публикую ее под собственным именем, либо надо раскрыть свой псевдоним.

Причин, побудивших меня прибегнуть к публикациям под псевдонимом, было много и история эта длинная. За годы своей журналистской работы «без отрыва от производства» я научился хорошо справляться с обычным человеческим тщеславием.  Что-то подсказывало мне, что известность это не всегда хорошо для человека, что лучше жить и заниматься своим делом без лишнего шума. Еще в школьные годы я скептически относился к славе. В девятом классе по итогам какой-то четверти меня занесли на школьную Доску Почета в числе других успешных учащихся. Классный руководитель сказала принести всем свои фотографии. Все принесли, кроме меня. Я не сделал это не потому, что у меня не оказалось подходящей фотографии, а потому, что у меня было «особенное мнение» насчет этого. С одной стороны мне хотелось, чтобы моя фотография в числе других моих соучеников висела на Доске Почета, а с другой стороны мне казалось это каким-то хвастовством. Последнее перевесило. Так и провисела всю четверть Доска почета с пустым местом под мою фотографию.

Писать заметки в газеты, я начал не потому, что мечтал стать журналистом. Нет, я не бредил романтикой:  «трое суток не спать, трое суток шагать ради нескольких строчек в газете».   Я со студенческих лет писал стихи и прозу.  Приехав работать по распределению из Одессы в Кищинев, я поначалу чувствовал себя здесь, наверное, похуже, чем сосланный в свое время Пушкин. Первый год прожил в тяжелейшей депрессии. Спал и видел, как я возвращусь в Одессу. Стихи не переставал писать. Посылал их  в «Молодежку», а однажды решил занести собственноручно в «Вечерний Кишинев». Пришел и попал на лекцию в Университет рабочих корреспондентов, организованный тогда заведующим отделом газеты, журналистом  Александром Абрамовичем Котовским. На одном из занятий он предложил всем написать что-то коротенькое. Я накрапал строк 20 какой-то информации, и она целиком пошла в номер. Процесс мне понравился и  с этого все началось. А стихи мои в «Вечерке» похвалили и даже обещали дать в номер, но до этого почему-то не дошло.  Был 1981 год, и до первой публикации  моих стихов в Кишиневской прессе оставалось еще 10 лет. Свои газетные заметки я всегда подписывал настоящим именем вплоть до 1990 года.

После  попыток в течение двадцати лет после дебюта в Одессе опубликовать хоть одно стихотворение или рассказ в молдавских СМИ, кто-то нашептал мне, что надо что-то изменить в своей жизни. И этим что-то должно быть мое имя. В 1991 году в газете «Вечерний Кишинев» были впервые опубликованы мои несколько  стихотворений в молдавской прессе за подписью Борис Благовещенский. Далее последовали публикации в других изданиях. Конечно, главной причиной того, что в 1991 году вдруг начали публиковать мою прозу и стихи, (писанные 15-20 лет назад) было не то, что я взял себе псевдоним, а то, что распалась страна, и исчез союзписательский контроль или диктат, как хотите. В газетах не стало штатных литконсультантов, которые определяли быть или не быть тому или иному автору писателем, решая глобальную задачу, (как я сейчас понимаю) как можно подольше удерживать пишущих людей на расстоянии от государственной кормушки, которым тогда являлся Союз писателей СССР.  Конечно, печататься легче не стало, но ситуация изменилась.

Одна из моих коллег, прочтя  эту статью в те дни, озадачила меня вопросом: «А это действительно вы написали?». «А  кто ещё? - недоумеваю я». «Ну, может за вас кто-то написал, а вашу фамилию подставили?» Ничего более обидного, чем  такая оценка автора, я не слышал и ответил шуткой:   «Да, у меня есть бабушка, которая за меня пишет. Я её держу на цепи и не даю ей есть, пока она не напишет, а я только свою фамилию подставляю».   

!4[i] июля 1992 года статья вышла в газете под названием «Эта земля уже принадлежит войне» со стопроцентным авторским текстом (даже пассаж о Мирче Снегуре оставили)  и небольшой редакционной врезкой, гласившей, что автор  инженер завода «Сигнал», 20 лет живет в Молдове. Через неделю, 21 июля произошло то, ради чего писалась мною эта статья: президентами России и Молдовы Борисом Ельциным и Мирчой Снегуром было подписано соглашение «О принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта в Приднестровском регионе Республики Молдова».

Кто мог подумать, что через 22 года до боли похожий сценарий  повторится на  Украине. Когда в 2014 году происходили известные события в Украине, я часто вспоминал 1992 год в Молдове. По сути, с некоторыми особенностями, но в Украине произошло то же, что в Молдове. И тут тоже оказался пророчески прав философ Николай Бердяев: «Война объявляется не людьми, не народами, а автономно действующей силой войны…»  В Молдове страну разделилась на части, потому что пришедшая к  власти элита хотела соединение с Румынией, в Украине формальным  поводом для раскола страны стал вопрос об ассоциации с Евросоюзом. Молдову от долгой кровопролитной войны спасло то, что на ее территории в то время находилась военная база России. Если бы не вмешательство в конфликт Российской армии, в войне погибло бы не 950 человек, и  не один месяц длилась бы это кровавое смертоубийство на потеху тем, кто, молча, наблюдал это со стороны.

 

[i] Экземпляр газеты с публикацией у меня не сохранился. По одной записи в моем архиве дата публикации статьи 14 июля, по другой - 9 июля.

Категория: Литература и жизнь | Добавил: BLAGOVESCHENSKY (15.07.2016)
Просмотров: 28 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar